![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
catherine_cattyК сожалению, мы по бОльшей части знаем, как жил 200 лет назад высший счет, в крайнем случае – провинциальные дворяне, поскольку ориентируемся на записки, мемуары и воспоминания. А этим жанром по Большей части увлекались люди образованные, достигшие определенных высот и имевшие время. Мещане, купцы и, тем более, крестьяне, оставили не так уж и много свидетельств о своей жизни. Сегодня хочу выставить кусочек из Записок генерала Отрощенко. Дело в том, что писал он их на склоне лет, будучи генералом, а рассказывают они, в том числе, и о том периоде, когда гарный хлопец даже и не помышлял о военной службе. Яков Отрощенко, сын отставного поручика, родился в местечке Кобыщы киевской губернии. В 16 лет его определили на службу, но не военную, а гражданскую: в уездный суд, который располагался в городке Козелец. Юноша снял комнату у старушки, дочь которой, Елена, усиленно сватала ему свою подругу, «сержантовну» Олимпиаду. Меня подкупила в этом отрывке совершенная щенячесть главного героя, невинность и искренность.
Герб Козельца.
Итак, отрывок. На всякий случай: действие происходит в конце XVIII века, во времена царствования Павла I.
«Однажды в праздничный день, возвращаясь с прогулки, шел я на квартиру, погрузившись мысленно в какие-то безотчетные идеи, никого не видал и ничего не замечал. Вдруг раздался в близком расстоянии позади звавший меня знакомый голос доброй Елены. Я оглянулся и увидел ее шедшую за мной вслед с незнакомой мне прекрасной молоденькой девицей, и остановившись дал им дорогу. Поравнявшись со мной, Елена сказала: «Вот это друг мой Олимпиада Семеновна, о котором я вам сказывала». Я вежливо поклонился и пропустив их мимо себя пошел на квартиру, а они поворотили в сторону, неизвестно мне куда; однако же несмотря на то что я, можно сказать, мельком только взглянул на девицу, черты лица ее живо впечатлились в сердце моем. Она беспрестанно представлялась в мысли моей, и я сам не понимал отчего мне было приятно думать с ней. Потом при занятии моем в суде бумажными делами через несколько дней забыл про нее и по-прежнему стал спокоен, доволен сам собою, доброю старушкой хозяйкой и дочерью ее.
В один из праздничных дней после обеда сидел я за столом и читал житие святых. Вдруг входит Елена с Олимпиадой Семеновной. Я взглянул на нее и тотчас опустил глаза на книгу, потом привстав поклонился и опять сел, и чувствуя себя в тревожном состоянии не знал что мне делать, уйти или остаться. Меня уже не занимало чтение. Но сражаясь таким образом с нерешимостью, остался на своем месте. Олимпиада Семеновна поприветствовавшись с Еленой и старушкой, которая сидела на печке, смело, весело спросила о ее здоровье, а та спросила также о здоровье ее матери. Потом Олимпиада Семеновна, подошеди ко мне, положила свою прекрасную ручку на то место куда глаза мои были устремлены и приятным своим голоском спросила: «Что вы читаете?» Я смутился, будучи поражен каким-то непонятным для меня огнем, и робко отвечал что читаю житие святых. «Я люблю также читать священные книги; я вам могу достать житие Св. Великомученицы Варвары». Но ручки своей с книги не снимала и я мог смотреть на нее без зазрения совести как будто по необходимости, но в лицо ей взглянуть не смел. Я смотрел на нее и все желал смотреть, и в самом деле подобной ручки до того времени не случалось мне видеть; неясна, бела, полна и казалось прозрачна. На указательном пальчике два золотые перстня. В одном блестел какой-то светлый камень, а в Другом розовый. Но это меня не интересовало, я любовался ручкой и не смел прикоснуться к ней…
…После сего не проходило уже ни одного праздничного дня чтобы она не навещала нас и я наконец приучился без робости смотреть на нее прямо, потому что глаза мои беспрестанно обращались на нее. И в самом деле это прекрасное милое личико ярко блестело перед лицом Елены, исцарапанным, взборожденным безжалостною оспой.
Время уносило день за днем и я почти не заметил как промелькнула масляница и вот уже настал Великий Пост.
В субботу на первой неделе, пришедши на квартиру к обеду, не застал Елены дома: но старушка вынула из печки горячие на тарелочке блины, сказала весело: «вот, паничу, прислала вам Олимпиада Семеновна блинков». Говоря это поставила на стол тарелочку с блинами, прибавила: извольте кушать, но я остался в нерешимости, не прикасался к блинам. Во мне родилась мысль: не с худым ли намерением они присланы, не с тем ли чтобы меня очаровать. Но старушка поняла мое сомнение и с усмешкой сказала: «кушайте не бойтесь, вот я первая съем один за ваше здоровье». Мне стало стыдно что она отгадала мысль мою и тотчас стал есть блины, несмотря на то что в тайне я тревожился, и не без причины: мне сказывали что родной мой дядя Грицко был очарован девицей и умер. А притом не даром же и песня есть: «Не ходи Грицю на вечерницу...». А мне умирать еще не хотелось. После сего посещения Олимпиады Семеновны становились чаще и чаще. Она уже почти исключительно занималась мною. Елена и старушка были уже ей совсем сторонние предметы - так для предлога. Они хорошо это понимали и не вмешивались в дела наши.
В одно время после обеда, когда я сидел с нею над раскрытым Патериком, Елена вышла из комнаты по какой-то надобности, а старушка храпела себе на теплой печке покойным сном. Олимпиада вдруг подарила меня, как вы думаете чем? поцелуем. Новое неизвестное еще мне приятное ощущение потрясло весь мой организм, сердце вздрогнуло и откликнулось на сей сигнал. Я тотчас в благодарность отплатил ей не сухим поклоном как Елене, а тою же монетой с удвоенными процентами за несомненную ее ко мне доверенность. Дверь в сенях скрипнула и мы приняли прежнюю позицию. Да иначе и быть не могло, потому что Елена тут свидетель неуместный. Когда же присутствие Елены отвеяло от меня сладкую волшебную атмосферу, то я сделал сам себе вопрос: отчего поцелуй этот так сладок и приятен? А Еленин был так безвкусен, жесток и холоден. Я долго размышлял о сем предмете, и решил что это происходит от того что Олимпиада собой лучше Елены, а может быть и в блины что-нибудь подсыпала.»
Герб Козельца.
Итак, отрывок. На всякий случай: действие происходит в конце XVIII века, во времена царствования Павла I.
«Однажды в праздничный день, возвращаясь с прогулки, шел я на квартиру, погрузившись мысленно в какие-то безотчетные идеи, никого не видал и ничего не замечал. Вдруг раздался в близком расстоянии позади звавший меня знакомый голос доброй Елены. Я оглянулся и увидел ее шедшую за мной вслед с незнакомой мне прекрасной молоденькой девицей, и остановившись дал им дорогу. Поравнявшись со мной, Елена сказала: «Вот это друг мой Олимпиада Семеновна, о котором я вам сказывала». Я вежливо поклонился и пропустив их мимо себя пошел на квартиру, а они поворотили в сторону, неизвестно мне куда; однако же несмотря на то что я, можно сказать, мельком только взглянул на девицу, черты лица ее живо впечатлились в сердце моем. Она беспрестанно представлялась в мысли моей, и я сам не понимал отчего мне было приятно думать с ней. Потом при занятии моем в суде бумажными делами через несколько дней забыл про нее и по-прежнему стал спокоен, доволен сам собою, доброю старушкой хозяйкой и дочерью ее.
В один из праздничных дней после обеда сидел я за столом и читал житие святых. Вдруг входит Елена с Олимпиадой Семеновной. Я взглянул на нее и тотчас опустил глаза на книгу, потом привстав поклонился и опять сел, и чувствуя себя в тревожном состоянии не знал что мне делать, уйти или остаться. Меня уже не занимало чтение. Но сражаясь таким образом с нерешимостью, остался на своем месте. Олимпиада Семеновна поприветствовавшись с Еленой и старушкой, которая сидела на печке, смело, весело спросила о ее здоровье, а та спросила также о здоровье ее матери. Потом Олимпиада Семеновна, подошеди ко мне, положила свою прекрасную ручку на то место куда глаза мои были устремлены и приятным своим голоском спросила: «Что вы читаете?» Я смутился, будучи поражен каким-то непонятным для меня огнем, и робко отвечал что читаю житие святых. «Я люблю также читать священные книги; я вам могу достать житие Св. Великомученицы Варвары». Но ручки своей с книги не снимала и я мог смотреть на нее без зазрения совести как будто по необходимости, но в лицо ей взглянуть не смел. Я смотрел на нее и все желал смотреть, и в самом деле подобной ручки до того времени не случалось мне видеть; неясна, бела, полна и казалось прозрачна. На указательном пальчике два золотые перстня. В одном блестел какой-то светлый камень, а в Другом розовый. Но это меня не интересовало, я любовался ручкой и не смел прикоснуться к ней…
…После сего не проходило уже ни одного праздничного дня чтобы она не навещала нас и я наконец приучился без робости смотреть на нее прямо, потому что глаза мои беспрестанно обращались на нее. И в самом деле это прекрасное милое личико ярко блестело перед лицом Елены, исцарапанным, взборожденным безжалостною оспой.
Время уносило день за днем и я почти не заметил как промелькнула масляница и вот уже настал Великий Пост.
В субботу на первой неделе, пришедши на квартиру к обеду, не застал Елены дома: но старушка вынула из печки горячие на тарелочке блины, сказала весело: «вот, паничу, прислала вам Олимпиада Семеновна блинков». Говоря это поставила на стол тарелочку с блинами, прибавила: извольте кушать, но я остался в нерешимости, не прикасался к блинам. Во мне родилась мысль: не с худым ли намерением они присланы, не с тем ли чтобы меня очаровать. Но старушка поняла мое сомнение и с усмешкой сказала: «кушайте не бойтесь, вот я первая съем один за ваше здоровье». Мне стало стыдно что она отгадала мысль мою и тотчас стал есть блины, несмотря на то что в тайне я тревожился, и не без причины: мне сказывали что родной мой дядя Грицко был очарован девицей и умер. А притом не даром же и песня есть: «Не ходи Грицю на вечерницу...». А мне умирать еще не хотелось. После сего посещения Олимпиады Семеновны становились чаще и чаще. Она уже почти исключительно занималась мною. Елена и старушка были уже ей совсем сторонние предметы - так для предлога. Они хорошо это понимали и не вмешивались в дела наши.
В одно время после обеда, когда я сидел с нею над раскрытым Патериком, Елена вышла из комнаты по какой-то надобности, а старушка храпела себе на теплой печке покойным сном. Олимпиада вдруг подарила меня, как вы думаете чем? поцелуем. Новое неизвестное еще мне приятное ощущение потрясло весь мой организм, сердце вздрогнуло и откликнулось на сей сигнал. Я тотчас в благодарность отплатил ей не сухим поклоном как Елене, а тою же монетой с удвоенными процентами за несомненную ее ко мне доверенность. Дверь в сенях скрипнула и мы приняли прежнюю позицию. Да иначе и быть не могло, потому что Елена тут свидетель неуместный. Когда же присутствие Елены отвеяло от меня сладкую волшебную атмосферу, то я сделал сам себе вопрос: отчего поцелуй этот так сладок и приятен? А Еленин был так безвкусен, жесток и холоден. Я долго размышлял о сем предмете, и решил что это происходит от того что Олимпиада собой лучше Елены, а может быть и в блины что-нибудь подсыпала.»
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2010-08-04 04:56 pm (UTC)no subject
Date: 2010-08-04 05:00 pm (UTC)Что до поцелуев, то вот: "Иногда добрая Елена, по искреннему своему расположению чесала мне косу и сравнивала свои волосы с моими. У нее волосы лучше моих были, светло-русые и кудрявые, а мои какого-то грязного цвета и лежали просто космами. Когда же дарила меня искренним поцелуем, то я отвечал ей поклоном и стирал тщательно жгучее это тавро."
no subject
Date: 2010-08-04 05:49 pm (UTC)no subject
Date: 2010-08-04 05:54 pm (UTC)Но идея насчет блинов с приворотным зельем меня умилила.
(no subject)
From:(no subject)
From:(no subject)
From:(no subject)
From:(no subject)
From:(no subject)
From:(no subject)
From:(no subject)
From:(no subject)
From:(no subject)
From:(no subject)
From:(no subject)
From:(no subject)
From:no subject
Date: 2010-08-04 07:04 pm (UTC)no subject
Date: 2010-08-04 07:05 pm (UTC)no subject
Date: 2010-08-04 09:06 pm (UTC)В наши дни за такое время молодые уже успевают вернуться из свадебного путешествия, а то и ребенком обзавестись :)))
no subject
Date: 2010-08-05 07:03 pm (UTC)no subject
Date: 2010-08-05 12:59 am (UTC)no subject
Date: 2010-08-05 07:05 pm (UTC)no subject
Date: 2010-08-05 05:14 am (UTC)no subject
Date: 2010-08-05 07:07 pm (UTC)(no subject)
From:(no subject)
From:(no subject)
From:(no subject)
From:no subject
Date: 2010-08-05 06:02 am (UTC)no subject
Date: 2010-08-05 07:07 pm (UTC)(no subject)
From:(no subject)
From:(no subject)
From:(no subject)
From:(no subject)
From:(no subject)
From:no subject
Date: 2010-08-05 07:27 am (UTC)no subject
Date: 2010-08-05 07:09 pm (UTC)Не знаю кто разгласил об обоюдной любви нашей, но она уже была известна не только товарищам моим, но даже хозяину и хозяйки. Я был грустен; она заметила это и стараясь облегчить печаль мою, осыпала без пощады упреками Олимпиаду, даже говорила что она не стоит моей любви, что она дурно себя ведет и пр., и пр., и пр.
Я слушал и ничему не верил, однако же из предосторожности реже стал видеться с ней, и то не входя уже в сад, а так через ограду на самое короткое время.
Сознаюсь что страх тяготил и меня. Я был невинен, но если слухи дойдут до отца, тогда разделка будет плоха.
Добрая хозяйка моя принимала во мне искреннее участие. «Плюньте, говорила, паничу, на эту сержантовну: она не стоит вас; у меня есть племянница в Бабариках, майорская дочь, прехорошенькая и такая добрая що куда вам». Я однако же все любил Олимпиаду, но злобное ее сердце и черная месть помрачили ее прелесть и она теряла достоинства в душе моей. Я стал навещать ее реже, реже, и месяца через полтора уехал в дом разорять грусть свою, и старался забыть ее."
А дальше герой поступил на военную службу и уехал. Ты в субботу гулять идешь? Я буду!
(no subject)
From:(no subject)
From:no subject
Date: 2010-08-05 08:10 am (UTC)город - КозелЕц, судя по гербу?
а истори, конечно, замечательная:) продолжение последует?
no subject
Date: 2010-08-05 07:04 pm (UTC)Насчет города, Вы правы, сейчас исправлю.
Что касается продолжения... Автор узнал, что Олимпиада из ревности оклеветала Елену, тут еще Павел воззвал к малороссиянам, призывая их идти на военную службу, вот юноша и уехал.
(no subject)
From:(no subject)
From:no subject
Date: 2010-08-06 07:44 am (UTC)no subject
Date: 2010-08-06 04:19 pm (UTC)no subject
Date: 2010-08-06 06:42 pm (UTC)no subject
Date: 2010-08-06 07:16 pm (UTC)no subject
Date: 2010-08-07 12:37 pm (UTC)no subject
Date: 2010-08-07 01:53 pm (UTC)Со всем остальным не согласна, извините. Это же не столица, это глухая провинция. И мальчик там совершенно провинциальный. Да ему в голову не пришло даже девиц поцеловать, они первые начали. К тому же из него барин - как из меня балерина. Да, дворянин. У нас все офицеры были дворянами, большинство были нищие.
no subject
Date: 2010-08-31 06:25 pm (UTC)