catherine_catty | "Сними обувь твою".

Решили мы тут с

inryko перечитать «Сними обувь твою» и обменяться впечатлениями. Надо сказать, что она сделала это на неделю раньше, чем я. Вот ее отзыв, очень рекомендую.

об.jpg

Войнич обозначила год начала событий в книге как 1763. Но говорю сразу: забудьте об этом. В романе речь идет не о XVIII веке. Но о конце XIX. Реалии, менталитет, образ мыслей – из позапрошлого столетия. Недаром когда я в первый раз читала книгу и по невнимательности пропустила эту дату, я была уверена, что действие происходит во второй половине XIX века и была очень удивлена, когда обнаружила, что в романе говорилось о прабабушке Овода.

Роман начинается с того, что Беатрис Риверс выходит замуж за сквайра Генри Тэлфорда В аннотации сказано: «Сними обувь твою» - последний роман великой Войнич из ее легендарного цикла об Оводе. На сей раз главной героиней выступает его прабабка - гордая, независимая, романтичная красавица Беатриса Тэлфорд, неспособная смириться с унылой судьбой "проданной" жены и смело вступающая в борьбу за свое женское счастье. Снова и снова приходится ей сталкиваться с подлостью титулованных мужчин, с равнодушием защищающего их света, но Беатриса не склоняет головы. На помощь ей приходят люди из народа - честные, отважные и способные на верную дружбу и искреннюю преданность...» Но тут наврали – мало не покажется. Начнем с того, что никто ее не продавал. Она сама решила срочно найти мужа после того, как ее отчим попытался ее изнасиловать. И, на мой взгляд, это было крайне глупая идея. Если у тебя психологическая травма, если ты не можешь вынести не то, что полового акта, - прикосновения мужчины, на кой черт тебе замуж? В монастырь иди. Ну, или еще как-то проблему решай. Почему через три года ты аж несколько решений придумала, а раньше – только одно – замужество?

«Конечно, Монктонам или Мериемам с их связями будет нетрудно подыскать для нее какую-нибудь постоянную службу — секретаря или писца, если кто-нибудь захочет воспользоваться услугами женщины. А если из этого ничего не выйдет, она может делать многое другое: управлять молочной, вести расходные книги, избавить какую-нибудь богатую бездельницу от забот по дому, быть гувернанткой. Ужасная жизнь… но три с лишним года ее замужества были еще ужасней. Только бы сохранить детей и не быть вынужденной принимать милостыню — ради этого она готова на самую скучную и тяжелую работу.»

Помню, когда я у классиков читала, что в буржуазном мире брак – это узаконенная проституция, я очень возмущалась. Но книга подтверждает эту мысль целиком и полностью. Беатриса себя продала. Знаете, в данном случае я буду больше уважать откровенную проститутку, а не образованную девушку, у которой были родственники и друзья семьи, но которая нашла лишь один путь – замуж. Уйти жить к брату, не? Ах, у того жалование маленькое? А у Генри – поместье большое.

Нет, я очень Беатрисе сочувствую, правда. Хотя, на мой взгляд, такая реакция на попытку изнасилования была бы нормальна для 12-14 лет, а для 19 она несколько чрезмерна. Все-таки с годами определенный цинизм приобретаешь. Ну ладно, верю, у всех разная психика. Но зачем портить жизнь другому человеку, причем человеку хорошему и доброму? Потому что шарахаться от собственного мужа, как черт от ладана, – это ненормально. Это, хорошо еще у Генри психика устойчивой оказалась. А то и до импотенции рукой подать.

«Она дрожащими пальцами перебирала кружево.
— Дай я помогу, — сказал Генри.
Он осторожно отцепил проволочку. Вдруг кровь бросилась ему в голову, он раздвинул мягкий атлас и прижался лицом к ее груди.
— А-ах, какая кожа!
Она рванулась назад с такой силой, что проволочка выскользнула из его пальцев.
— Милая, я тебя оцарапал?
Генри поднял проволочку с пола. И тут он увидел побелевшее лицо Беатрисы, ее руки, судорожно сжавшие платье у горла.
— Любимая, любимая, прости! Я не хотел… Я только…
Когда, исполненный раскаянья, он хотел подойти к ней, она с придушенным криком отвернулась и выбежала из комнаты.
Задыхаясь, словно спасающийся от охотников зверек, она заперла дверь спальни и сорвала с себя платье вместе с цепочкой; потом, все еще с содроганием ощущая прикосновение жадного рта, налила воды в таз для умывания и терла оскверненное место до тех пор, пока белая кожа не побагровела. Если бы можно было выжечь его каленым железом!..
Животное! Усыпляет твою осторожность, одурачивает тебя ложью о своей матери и ее умерших детях — только ради этого.
Ночью ты знаешь, чего ожидать. Можно стиснуть зубы, взять себя в руки и как-нибудь терпеть. Но не иметь ни одной спокойной минуты и днем, всегда опасаться ловушек и засад…»

Это, простите, северный пушной зверек во всей красе, граждане. А совсем полным он становится, когда Беатриса раз за разом беременеет и рожает детей, не любя их. Я вот тоже детей не люблю. Но мне никогда не приходило в голову их заводить. И я всегда очень радуюсь за своих подруг, у которых они есть. А тут такое…

«Ну, а пока медальон с волосами двух щенят, умерших от дизентерии, понравится леди Монктон своей скромностью и благородством и, кроме того, даст возможность не тратить лишние деньги». Если что, щенята – это братья ее мужа.

«Кошки, возможно, любят своих котят, пока они малы, и некоторые женщины — особенно самые глупые — чувствуют животную привязанность к отпрыскам их собственной гнусной плоти. Но ребенок — естественный враг своей матери: он возникает ценой ее мук, уродует ее, паразитирует на ее теле, ненавидимый и ненавидящий. Если бы она хоть чем-нибудь отличалась от своей чудовищной матери, она убила бы себя, только бы не дать жизнь беспомощному существу, раз жизнь такова. Однако она сделала это, она бросила в воду нож, который спас бы и ее и маленького; и теперь, просто из чувства порядочности, она должна заботиться о нем, пока он не вырастет и не научится в свою очередь презирать и проклинать ее, как она проклинает…»

И вот нафига с такими мыслями надо было заводить детей?

Кроме того, меня дико злило, что автор всю книгу доказывает какая Беатриса необыкновенно умная женщина. Но проблема в том, что она не умная. Она ученая. Она прочитала много книг и нахваталась разных знаний. И все. Генри, которого она постоянно считает дураком потому что он путает реституцию с конфискацией, вовсе таковым не является. Он, кроме того, что, как я уже писала, хороший и добрый человек, вполне умен. Ну, забыл всю латынь что учил когда-то. Но в жизни-то это не главное. Главное, что он умело вел хозяйство, что был хорошим, честным и добрым мировым судьей.

В общем, роман читается хорошо. Но с автором я расхожусь во взглядах капитально. Самое интересное, что я сейчас к героине отнеслась куда мягче, чем в мои 30-35 лет. Тогда я думала, что она просто дура. Теперь я не отрицаю этого качества Беатрисы, но осознаю, что она еще и жертва.