![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
catherine_cattyПродолжаю рассказ.
В Ту Ле Бижар не расположил роты в одном месте, но разбросал их по окрестным холмам, оставив часть солдат в селении. При этом каждая рота имела связь не только с ним самим, но и с соседями.
17 октября было тихо. Никаких приказов от командования не поступало, вьеты затаились и выжидали. Пользуясь случаем, солдаты в это время обустраивали траншеи. Ночью Бижар получил приказ быть начеку ибо французские патрули в окрестностях Ту Ле собирались прочесать местность в поисках солдат Вьетминя. Ночью небо на юго-востоке озарилось светом. Вьетнамцы атаковали Nghia Lo. В том форте было довольно много солдат, около батальона, была и артиллерия. Но что может сделать батальон против двух дивизий? К утру залпы смолкли.
Подготовка к бою в Ту Ле.
В 10 утра 18 октября Бижар получил сообщение, что Nghia Lo пал, а гарнизон уничтожен.
- Вьетнамцы скоро будут у нас за спиной – заметил Турре.
Вечером этого же дня гарнизон Gia Hoï сообщил, что вьетнамцы занимают позиции вокруг поста. Парашютисты в Ту Ле ясно понимали: они на очереди. Вечером полковник Лажуа передал Бижару командование над всеми солдатами в окрестностях. Марсель лишь пожал плечами. И что теперь? Часом позже он получил прямое известие из Ханоя от Линареса: гарнизон Gia Hoï отступает по направлению к Ту Ле. Бижар уже давно понял, что его миссия, которую в Ханое обрисовали как «действовать в тылу врага» летит к черту.
На рассвете 19 октября он послал роту Манийя навстречу отступающим, в то же время отправив отряд Феррари отвлекать вьетнамцев, а взвод Лэзе прикрывать перевал Kao Pha. Феррари, самый молодой офицер батальона, был отнюдь не против. Он воспринимал войну как своего рода азартную игру. Что касается Лэзе, то тут был тонкий расчет. Он повредил ногу (поначалу решили, что вывих, но оказалось, что перелом) во время высадки. Если отступать, то до перевала от Ту Ле несколько часов пути. То есть, ему можно будет хоть какое-то время не бежать бегом. Как пишет Берго, Лэзе был Тинтином без Милу: круглолицый блондин ростом метр 80 с хохолком на макушке. «Рассчитывайте на меня, - сказал он Де Вильду, - я стану Роландом в Ронсевальском ущелье».
Тинтин.
В полдень Феррари сообщили, что в километре от него появились вьетнамцы. Он обстрелял их из миномета, навел шороху, чтобы дать возможность отступить роте Манийя, которая шуганула 2 батальона вьетнамцев и двигалась к Ту Ле. Затем на соединение с Бижаром ушел и Феррари.
Стемнело. Парашютисты напряженно вглядывались во мрак, ожидая приближения врага. И тут пришло еще одно распоряжение Линареса: эвакуировать Ту Ле и отступать к Черной реке. Было 9 часов вечера 19 октября. Вероятно, по мнению Линареса это был единственная возможность спасти 6 колониальный. Но Бижар не мог двигаться в путь прямо сейчас и потому что лазить в темноте по лесистым холмам с врагом на пятках – удовольствие небольшое, и потому, что он все еще ждал гарнизон Gia Hoï численностью в 250 человек. Бажар продиктовал ответ: «Отступать будем днем, когда я узнаю судьбу гарнизона Gia Hoï». В 11 часов дозорные доложили о приближении колонны. Враги? Друзья! Но почему так тихо, ни выстрела? Вьетнамцы, думая, что второй раз используют ту же ловушку, не ожидали, что французы просто ускользнут из форта. Лейтенант Лавера совершил прямо-таки идеальное отступление по холмам, лавируя между отрядами вьетнамцев. Но что делать дальше? Бижар, глядя на солдат Лавера, состоящих почти исключительно из местных и пришедших с семьями, и, ожидая обстрела, приказал им окапываться.
Солдаты аспиранта Кантона.
Аспирант Кантон был фаталистом. Отступать, сражаться… Одно он знал точно: в плен он больше не попадет. За его плечами уже был Бухенвальд. Вдруг капрал Мишель Лоран потянул его за рукав: «Мой лейтенант, гляньте, это как парад на 14 июля!». Тысячи вьетнамцы с бамбуковыми факелами шли к Ту Ле. В 2 часа ночи 20 октября загрохотали минометы. Вьетнамцы обрушились на пост, не ожидая, что их враг будет вести огонь с холмов, окружавших долину. Парашютисты, а также тайцы и марокканцы Лавера сражались вместе. К 4 утра вьеты выдохлись и отступили. Бижар понимал, что они не дураки и скоро поймут уловку с утесами. Так и есть, вскоре Трапп доложил, что его атакуют. Но его позиции были достаточно хорошо укреплены: колючая проволока, мины, гранаты и всевозможные ловушки, по которым большой мастер был сержант Прижан, бывший солдат САС. На рассвете Трапп все еще держался. 2 убитых, дюжина раненых. Но его роте удалось отбросить врага, потерявшего около 100 убитых. Бажар посмотрел на небо. Он ожидал прибытия санитарного самолета, чтобы эвакуировать раненых. Потому что тащить их десятки километров по холмам на носилках под вражеским огнем – дело заведомо невыполнимое. В полдень стало ясно, что самолета не будет. Батальонный священник, отец Жандель, прочитал молитву над мертвыми, ненужные рации и тяжелое вооружение испортили, как могли.
Минометы сержанта Марселя Зобеля.
Раненого Луи Мюрьеля ведут к санитару.
И в 13 часов рота Ле Руа первой двинулась в путь. За ней – остальные, включая женщин и детей. В арьергарде шла индокитайская рота Манийя. И голову, и хвост колонны атаковали... 12 рота Траппа уже подходила к 11-й, которая удерживала ущелье, когда раздался гнусавый голос: «Сложите оружие и сдавайтесь!» Гаранже, телохранитель Траппа, взглянул на своего командира: «Вы слышали, мой лейтенант? Да за кого он меня принимает!» И, обернувшись, заорал: «Заткнись! Я француз и имел я тебя!». Трапп рассмеялся, хотя ситуация совсем не было смешной. 660 парашютистов, 250 марокканцев и тайцев с семьями, уставшие, голодные и невыспавшиеся, против 2 дивизий Вьетминя.
Неподалеку маленький отряд сержанта Малакле пытался выйти из окружения. Но, защищая носилки с раненым, они были смяты врагом. Сержант Мюриель с солдатами (Газенёв, Вагнер и Керкериан) бросился на помощь, но опоздал. Вдруг раздался крик. Вагнер был ранен в живот. Газенёв отдал оружие Керкериану и попытался взять товарища на спину.
- Нет, - сказал тот, - оставь мне две гранаты, только чеку вынь. Так я еще кое на что сгожусь…
Роты Траппа и Леруа отступали, теперь ущелье защищал Манийя. Давно не отвечал взвод су-лейтенанта Крузе, который только 4 дня как прибыл в батальон. Он попал в плен (как и лейтенант Ру чуть позже), когда был отрезан от своих. Как я понимаю, из его солдат только старший капрал Кийяк вышел к Черной реке. Он был несколько раз ранен (2 пули в правой руке, одна в левой, одна в животе, одна в паху, одна в бедре).
Старший капрал Кийяк (на лошади).
Начался дождь. Тропинки превратились в катки. Тяжелее всего приходилось раненым. Привязанные к носилкам, они тем не менее не могли избежать толчков и ударов. И тут су-лейтенант Феррари увидел, что Жандель возвращается в долину.
- Куда вы, падре?
- Исполнять свой долг.
Поль Жандель.
Бижар приказал сделать немыслимую для парашютистов вещь: оставить раненых. Священник шел к ним.
И на этом Шахерезада прекратила дозволенные речи. Окончание следует. Хочу сказать много матерных слов об Эрване Берго. Он в книге «Bataillon Bigeard» перепутал даты: события 20 октября описал как события 21. Я полтора часа пыталась понять что к чему. Поняла в конце концов, источники-то есть и другие. Но мозги уже плавились. Надеюсь, что я все распутала.
Рассказано по книгам Берго «Bigeard» и «Bataillon Bigeard».
Картинки с сайтов:
http://amicaleparalorraine.over-blog.com/pages/AVEC_BIGEARD_A_TULE-2138115.html
http://www.croire-et-oser-6rpima.fr/pages/index/21/tu-le
https://tintin.fandom.com/ru/wiki/%D0%A2%D0%B8%D0%BD%D1%82%D0%B8%D0%BD
Начало: https://catherine-catty.livejournal.com/886471.html
В Ту Ле Бижар не расположил роты в одном месте, но разбросал их по окрестным холмам, оставив часть солдат в селении. При этом каждая рота имела связь не только с ним самим, но и с соседями.
17 октября было тихо. Никаких приказов от командования не поступало, вьеты затаились и выжидали. Пользуясь случаем, солдаты в это время обустраивали траншеи. Ночью Бижар получил приказ быть начеку ибо французские патрули в окрестностях Ту Ле собирались прочесать местность в поисках солдат Вьетминя. Ночью небо на юго-востоке озарилось светом. Вьетнамцы атаковали Nghia Lo. В том форте было довольно много солдат, около батальона, была и артиллерия. Но что может сделать батальон против двух дивизий? К утру залпы смолкли.
Подготовка к бою в Ту Ле.
В 10 утра 18 октября Бижар получил сообщение, что Nghia Lo пал, а гарнизон уничтожен.
- Вьетнамцы скоро будут у нас за спиной – заметил Турре.
Вечером этого же дня гарнизон Gia Hoï сообщил, что вьетнамцы занимают позиции вокруг поста. Парашютисты в Ту Ле ясно понимали: они на очереди. Вечером полковник Лажуа передал Бижару командование над всеми солдатами в окрестностях. Марсель лишь пожал плечами. И что теперь? Часом позже он получил прямое известие из Ханоя от Линареса: гарнизон Gia Hoï отступает по направлению к Ту Ле. Бижар уже давно понял, что его миссия, которую в Ханое обрисовали как «действовать в тылу врага» летит к черту.
На рассвете 19 октября он послал роту Манийя навстречу отступающим, в то же время отправив отряд Феррари отвлекать вьетнамцев, а взвод Лэзе прикрывать перевал Kao Pha. Феррари, самый молодой офицер батальона, был отнюдь не против. Он воспринимал войну как своего рода азартную игру. Что касается Лэзе, то тут был тонкий расчет. Он повредил ногу (поначалу решили, что вывих, но оказалось, что перелом) во время высадки. Если отступать, то до перевала от Ту Ле несколько часов пути. То есть, ему можно будет хоть какое-то время не бежать бегом. Как пишет Берго, Лэзе был Тинтином без Милу: круглолицый блондин ростом метр 80 с хохолком на макушке. «Рассчитывайте на меня, - сказал он Де Вильду, - я стану Роландом в Ронсевальском ущелье».
Тинтин.
В полдень Феррари сообщили, что в километре от него появились вьетнамцы. Он обстрелял их из миномета, навел шороху, чтобы дать возможность отступить роте Манийя, которая шуганула 2 батальона вьетнамцев и двигалась к Ту Ле. Затем на соединение с Бижаром ушел и Феррари.
Стемнело. Парашютисты напряженно вглядывались во мрак, ожидая приближения врага. И тут пришло еще одно распоряжение Линареса: эвакуировать Ту Ле и отступать к Черной реке. Было 9 часов вечера 19 октября. Вероятно, по мнению Линареса это был единственная возможность спасти 6 колониальный. Но Бижар не мог двигаться в путь прямо сейчас и потому что лазить в темноте по лесистым холмам с врагом на пятках – удовольствие небольшое, и потому, что он все еще ждал гарнизон Gia Hoï численностью в 250 человек. Бажар продиктовал ответ: «Отступать будем днем, когда я узнаю судьбу гарнизона Gia Hoï». В 11 часов дозорные доложили о приближении колонны. Враги? Друзья! Но почему так тихо, ни выстрела? Вьетнамцы, думая, что второй раз используют ту же ловушку, не ожидали, что французы просто ускользнут из форта. Лейтенант Лавера совершил прямо-таки идеальное отступление по холмам, лавируя между отрядами вьетнамцев. Но что делать дальше? Бижар, глядя на солдат Лавера, состоящих почти исключительно из местных и пришедших с семьями, и, ожидая обстрела, приказал им окапываться.
Солдаты аспиранта Кантона.
Аспирант Кантон был фаталистом. Отступать, сражаться… Одно он знал точно: в плен он больше не попадет. За его плечами уже был Бухенвальд. Вдруг капрал Мишель Лоран потянул его за рукав: «Мой лейтенант, гляньте, это как парад на 14 июля!». Тысячи вьетнамцы с бамбуковыми факелами шли к Ту Ле. В 2 часа ночи 20 октября загрохотали минометы. Вьетнамцы обрушились на пост, не ожидая, что их враг будет вести огонь с холмов, окружавших долину. Парашютисты, а также тайцы и марокканцы Лавера сражались вместе. К 4 утра вьеты выдохлись и отступили. Бижар понимал, что они не дураки и скоро поймут уловку с утесами. Так и есть, вскоре Трапп доложил, что его атакуют. Но его позиции были достаточно хорошо укреплены: колючая проволока, мины, гранаты и всевозможные ловушки, по которым большой мастер был сержант Прижан, бывший солдат САС. На рассвете Трапп все еще держался. 2 убитых, дюжина раненых. Но его роте удалось отбросить врага, потерявшего около 100 убитых. Бажар посмотрел на небо. Он ожидал прибытия санитарного самолета, чтобы эвакуировать раненых. Потому что тащить их десятки километров по холмам на носилках под вражеским огнем – дело заведомо невыполнимое. В полдень стало ясно, что самолета не будет. Батальонный священник, отец Жандель, прочитал молитву над мертвыми, ненужные рации и тяжелое вооружение испортили, как могли.
Минометы сержанта Марселя Зобеля.
Раненого Луи Мюрьеля ведут к санитару.
И в 13 часов рота Ле Руа первой двинулась в путь. За ней – остальные, включая женщин и детей. В арьергарде шла индокитайская рота Манийя. И голову, и хвост колонны атаковали... 12 рота Траппа уже подходила к 11-й, которая удерживала ущелье, когда раздался гнусавый голос: «Сложите оружие и сдавайтесь!» Гаранже, телохранитель Траппа, взглянул на своего командира: «Вы слышали, мой лейтенант? Да за кого он меня принимает!» И, обернувшись, заорал: «Заткнись! Я француз и имел я тебя!». Трапп рассмеялся, хотя ситуация совсем не было смешной. 660 парашютистов, 250 марокканцев и тайцев с семьями, уставшие, голодные и невыспавшиеся, против 2 дивизий Вьетминя.
Неподалеку маленький отряд сержанта Малакле пытался выйти из окружения. Но, защищая носилки с раненым, они были смяты врагом. Сержант Мюриель с солдатами (Газенёв, Вагнер и Керкериан) бросился на помощь, но опоздал. Вдруг раздался крик. Вагнер был ранен в живот. Газенёв отдал оружие Керкериану и попытался взять товарища на спину.
- Нет, - сказал тот, - оставь мне две гранаты, только чеку вынь. Так я еще кое на что сгожусь…
Роты Траппа и Леруа отступали, теперь ущелье защищал Манийя. Давно не отвечал взвод су-лейтенанта Крузе, который только 4 дня как прибыл в батальон. Он попал в плен (как и лейтенант Ру чуть позже), когда был отрезан от своих. Как я понимаю, из его солдат только старший капрал Кийяк вышел к Черной реке. Он был несколько раз ранен (2 пули в правой руке, одна в левой, одна в животе, одна в паху, одна в бедре).
Старший капрал Кийяк (на лошади).
Начался дождь. Тропинки превратились в катки. Тяжелее всего приходилось раненым. Привязанные к носилкам, они тем не менее не могли избежать толчков и ударов. И тут су-лейтенант Феррари увидел, что Жандель возвращается в долину.
- Куда вы, падре?
- Исполнять свой долг.
Поль Жандель.
Бижар приказал сделать немыслимую для парашютистов вещь: оставить раненых. Священник шел к ним.
И на этом Шахерезада прекратила дозволенные речи. Окончание следует. Хочу сказать много матерных слов об Эрване Берго. Он в книге «Bataillon Bigeard» перепутал даты: события 20 октября описал как события 21. Я полтора часа пыталась понять что к чему. Поняла в конце концов, источники-то есть и другие. Но мозги уже плавились. Надеюсь, что я все распутала.
Рассказано по книгам Берго «Bigeard» и «Bataillon Bigeard».
Картинки с сайтов:
http://amicaleparalorraine.over-blog.com/pages/AVEC_BIGEARD_A_TULE-2138115.html
http://www.croire-et-oser-6rpima.fr/pages/index/21/tu-le
https://tintin.fandom.com/ru/wiki/%D0%A2%D0%B8%D0%BD%D1%82%D0%B8%D0%BD
Начало: https://catherine-catty.livejournal.com/886471.html
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2019-02-02 06:37 pm (UTC)no subject
Date: 2019-02-02 06:49 pm (UTC)no subject
Date: 2019-02-02 07:11 pm (UTC)no subject
Date: 2019-02-02 07:14 pm (UTC)no subject
Date: 2019-02-02 07:17 pm (UTC)no subject
Date: 2019-02-02 07:46 pm (UTC)В ДБФ вьетнамцы были с обеих сторон, я не один раз об этом писала. Там распределение людей во французском гарнизоне было примерно такое: четверть - французы, четверть - африканцы, четверть - местные и четверть - иностранцы-легионеры.
Так что извините, но Вы ошибаетесь в этом вопросе.
no subject
Date: 2019-02-02 08:01 pm (UTC)no subject
Date: 2019-02-02 08:13 pm (UTC)Извините, что Вы читали по теме?
no subject
Date: 2019-02-02 08:22 pm (UTC)Читал много чего, например ^ a ă Lược sử Đại Việt Quốc dân Đảng 1939-63 (История Вьетнама в 1939-63 гг), это капитальный труд по истории Вьетнама в означенный период.
no subject
Date: 2019-02-02 08:27 pm (UTC)no subject
Date: 2019-02-02 08:29 pm (UTC)no subject
Date: 2019-02-05 07:45 am (UTC)no subject
Date: 2019-02-05 09:37 am (UTC)no subject
Date: 2019-02-05 10:00 am (UTC)no subject
Date: 2019-02-05 10:03 am (UTC)no subject
Date: 2019-02-05 10:07 am (UTC)no subject
Date: 2019-02-05 10:20 am (UTC)no subject
Date: 2019-02-02 08:50 pm (UTC)Изучение боя из воспоминаний и документов двух сторон конфликта - опасно. Можно потерять и превозмогание и героизм.
no subject
Date: 2019-02-02 08:50 pm (UTC)no subject
Date: 2019-02-03 07:12 am (UTC)no subject
Date: 2019-02-03 08:02 am (UTC)no subject
Date: 2019-03-11 02:44 pm (UTC)no subject
Date: 2019-02-05 07:47 am (UTC)no subject
Date: 2019-03-11 02:45 pm (UTC)no subject
Date: 2019-03-11 04:38 pm (UTC)no subject
Date: 2019-02-05 07:13 am (UTC)no subject
Date: 2019-02-05 07:46 am (UTC)no subject
Date: 2019-02-08 11:46 am (UTC)no subject
Date: 2019-02-08 11:51 am (UTC)Да, я, когда увлеклась этой темой, обнаружила, что на русском практически ничего нет, а то, что есть,
к реальности отношения не имеет. Хорошо, я французский знаю и была возможность книги во Франции покупать и заказывать.
no subject
Date: 2019-02-20 03:52 pm (UTC)no subject
Date: 2019-02-20 03:53 pm (UTC)Кстати, надо бы закончить историю.
no subject
Date: 2019-02-20 03:59 pm (UTC)no subject
Date: 2019-02-20 04:04 pm (UTC)no subject
Date: 2019-02-20 04:26 pm (UTC)no subject
Date: 2019-02-20 04:27 pm (UTC)no subject
Date: 2019-02-20 04:44 pm (UTC)no subject
Date: 2019-02-20 04:52 pm (UTC)no subject
Date: 2019-02-20 05:25 pm (UTC)no subject
Date: 2019-02-20 05:28 pm (UTC)