Одно из самых больших бесчестий за всю историю Франции

[catherine_catty]

Одна из самых больших трагедий, происшедших во время войны в Алжире, - это судьба арки, тех арабов, что были настроены про-французски и сражались за Францию против своих сородичей. Когда французские части начали возвращать в метрополию, арабов обезоружили и оставили в Алжире. Это означало верную смерть не только для них, но и для членов их семей. Де Голь выступал против интеграции арабов и французов, поскольку в этом случае его деревня станет зваться «Коломбе-две-мечети, а не Коломбе-две-церкви».

5 июня 1962 года на трибуну Национальной Ассамблеи поднялся Саид Буалам. Вот отрывок из его речи: «Почему вы ничего не предприняли за те месяцы, когда уже было известно, что нас бросят, но когда еще было время? Почему за это время вы не перегруппировали и не защитили тех, кто был обезоружен? Почему вы запрещаете им уехать из Алжира в метрополию? Почему вы изгоняете из нашей страны тех, кто самостоятельно добрался до Марселя? Почему угрожаете санкциями тем офицерам, кто, чувствуя ответственность за жизнь своих солдат, организовал их отправку во Францию?... Время еще есть. Франция умеет быть богатой и щедрой. Сейчас идет речь не о том, чтобы спасти людей, но чтобы спасти честь нашей страны.»

Саид Буалам, прозванный Башага Буалам


Только 8 августа был принят декрет, по которому арки и их семьям оказывалась помощь и предоставлялось убежище во Франции. Немного поздно: вытащить из Алжира удалось далеко не всех, да и в 1962 году уже погибло около 60-70 тысяч человек. Всего по данным генерала Порре, главы Исторический службы наземной армии в Венсенском архиве, было убито около 200 000 арки и членов их семей. Людей резали, расстреливали, их гнали на минные поля.

Нобелевский лауреат Морис Алэ назвал этот эпизод «одной из самых больших низостей, одним из самых больших бесчестий за всю историю Франции».

Мама моя, ты себя называешь «умми»,
А я говорю ma mère.
Нет у меня бурнуса
И нет калама,
Я потерял ружье.
В эту ночь
Не насвистывать бодрых песен.
Страшно?
Да, страшно мне.
Странный двойник
Меня преследует ночью.
Днем смеются друзья.
Чиновник спрашивает:
- Национальность?
Отвечаю:
- Француз.
-Француз?
А может алжирец?
-Нет, не алжирец.
Чадры не носит сестра.
Французский,
Французский,
Французский,
Французский
Язык моих школьных наград.
Но почему
В эту ночь немую
У меня темнеет в глазах?

(М. Хаддад "Француз"?)

P.S. У меня в голове никак не укладывается, как можно предать тех, кто за тебя сражался. И как можно наказывать тех офицеров, кто не смог бросить своих братьев по оружию. Вот не укладывается и все.

P.P.S. Текст речи Буалама на французском, перевод мой. Мне очень понравилось, как он говорит о Франции: «моя» страна. Имеет полное право.