![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
catherine_cattyСергей Алексеевич Тучков в конце 1780-х годов был артиллерийским офицером и служил на галерном флоте. Во время русско-шведской войны он вел себя самым геройским образом, был контужен и в декабре 1789 года вернулся в Санкт-Петербург. А теперь дадим слово ему самому.
«После столь труднаго похода, прибыль я в дом отца моего и, отдохнув несколько дней в моеим семействе, вздумал посетить собрание наше любителей словесности. Но приехав в дом, где собирались мои сочлены, нашел оный пусть, и дворник объявить мне, что он не знает почему, однако давно уже, как запрещено от полиции этим господам собираться.
Во Франции началась уже тогда революция, и дух вольности начал проникать в Россию, а потому не только все иллюминатския, мартинистския и масонския собрания, но даже и собрание любителей словесности были строго запрещены, потому что некоторые члены первых находились членами и в последних, чего никак не можно было избежать.
Некто г. Радищев, член общества нашего, написал одно небольшое сочинение под названием: „Беседа о том, что есть сын отечества, или истинный патриот", и хотел поместить в нашем журнале. Члены хотя одобрили оное, но не надеялись, чтоб цензура пропустила сочинение, писанное с такою вольностью духа. Г. Радищев взял на себя отвезти все издание того месяца к цензору и успел в том, что сочинение его вместе с другими было позволено для напечатания. В то же время издал он и напечатал без цензуры в собственной типографии небольшую книгу его сочинения под названием: „Езда из Петербурга в Москву", в которой с великою вольностью, в сильных выражениях писал он противу деспотизма. Книга сия написана была прозою, но заключала в себе оду на вольность, сочиненную им стихами. Оная начиналась сими словами:
О вольность! Вольность дар безценный!
Позволь, чтоб раб тебя воспел...
и далее:
Да Брут и Телль еще проснутся,
Сидя во славе, да смутятся
От гласа твоего цари.
Полиция скоро открыла сочинителя оной. Он был взять и отвезен в тайную канцелярию, которая в царствование Екатерины II самыми жестокими пытками действовала во всей силе. Никто Шешковский, человек облеченный в генеральское достоинство, самый хладнокровный мучитель, был начальником оной. Радищев, выдержав там многие пристрастные допросы, сослан был, наконец, в Сибирь.
Императрица велела подать себе все списки членов, как тайных, так и вольных ученых собраний, в том числе представлен был список и нашего собрания. По разным видам и обстоятельствам, большая часть членов лишены были своих должностей, и велено было выехать им из Петербурга. Я не могу умолчать о том, что она, читая список собрания нашего и найдя в нем мое имя, сказала: „на что трогать этого молодого человека, он и так уже на галерах".
Вот так шутила императрица.
Кстати, никто не заметил нестыковок? Вот наглядный пример того, что к таким источникам, как мемуары и записки надо относиться с определенной осторожностью. Известно, что Тучков прибыл в Петербург в конце 1789 года, а Радищева «повязали» 30 июня 1790. Но, по словам автора записок, между первым и вторым событием прошло всего лишь несколько дней. Кроме того, указ о запрещении тайных обществ вышел и вовсе в 1782 году. Неправильно написано название книги. Все-таки не "Езда", а "Путешествие". Неверна цитата. На самом деле стихи звучат так:
Да Брут и Телль еще проснутся,
Седяй во власти да смятутся {*}
От гласа твоего цари.
Седяй во власти... - пусть будут охвачены смятением сидящие на троне. Радищев писал очень архаичным языком.
P.S. как честный человек… Наверное, это будет моей постоянной присказкой. Ну, не могу я не привести источник целиком, даже, если я не согласна с тем, что пишет автор. Но свои комментарии дать могу. Насчет пыток. Известно, что Екатерина II такой практики не одобряла. Официально при ней допрос с пристрастием запрещен не был (Это сделал только ее внук, Александр I), но случался редко. Начальник тайной экспедиции, Степан Иванович Шешковский, прекрасно умел убеждать и без применения силы.
В письме от 15 марта 1774 года Екатерина писала: «При распросах какая нужда сечь? Двенадцать лет Тайная экспедиция под моими глазами ни одного человека при допросах не секла ничем, а всякое дело начисто разобрано было и всегда более выходило, нежели мы желали знать».
Понятно, что царица могла и слукавить, но в отношении Радищева точно известно, что ни кнут, ни плеть, ни какой-то другой инструмент палача его не коснулись. Его своячница, смолянка Елизавета Васильевна Рубановская, подкупила Шешковского, поэтому никаких «жестоких» пыток не было и в помине, хотя, ясное дело, автору «Путешествия из Петербурга в Москву» в крепости пришлось несладко. Надо сказать, что дама эта была отважной. Собрав все драгоценности, имеющиеся в доме, она переправилась через бушующую Неву на лодке. «Звезду пленительного счастья» видели? Так вот, картина была очень похожая, разве что в нашем случае льдин не было, ибо дело происходило летом.
Мало кто знает о продолжении этой истории. Елизавета Васильевна, влюбленная в Радищева…Кстати, я ее понимаю. Он был весьма хорош собой, хоть и не молод уже.
Портрет кисти неизвестного художника. Единственное прижизненное изображение Радищева.
Так вот, Рубановская вместе с младшими детьми свояка отправилась вслед за ним в Сибирь. Начальник (вспомним, что кроме всего прочего Радищев был управляющим Петербургской таможни.) и покровитель сочинителя, А.Р.Воронцов, помог ссыльному деньгами и вещами. К тому же, он отправил письма властям населенных пунктов, лежащих на пути в Илимск. И.А. Пиль, иркутский генерал-губернатор, встретил ссыльного как дорогого гостя и какое-то время привечал его, пока не был полностью готов дом в Илимске. Так что если кто думает, что наш герой шел по этапу пешком и в кандалах, тот глубоко ошибается. (Ну ладно, какое-то время кандалы все-таки присутствовали. Но лишь до Новгорода. Там его догнал курьер с приказом императрицы снять оковы.) В общем, не имей сто рублей, а имей одного друга, но влиятельного.
В Илимске Александр Николаевич и Елизавета Васильевна стали открыто жить как муж и жена, у них родились дети. До сих пор неясно, был ли официально заключен этот брак, противоречащий всем канонам православия. Возможно, какой-нибудь поп и обвенчал их, польстившись на мзду или не будучи в курсе событий. Из Сибири Рубановская не вернулась, она умерла в Тобольске. Радищев же с детьми перебрался в Европейскую часть России при императоре Павле. Если теперь вы думаете, что после этого все стало замечательно, то, опять же, ошибаетесь. Александру Николаевичу было разрешено жить исключительно в селе Немцове Калужской губернии, да и то под надзором полиции. При этом ему не были возвращены ни чины, ни дворянство (!!!). Для людей XXI века принадлежность ко 2 сословию ничего не значит. Но в 18 столетии все было иначе. Недворянин не мог владеть ни землей, ни крестьянами. Собственно, Радищева оставили без средств к существованию. Ему пришлось вводить во владение имением своих старших детей. То есть, Павел, конечно, показал, что всегда будет делать обратное тому, что вершила его мать, но, тем не менее, отнюдь не был ни либеральным, ни справедливым, ни прощающим правителем. Только Александр I восстановил Радищева во всех правах и, кстати, дал возможность младшим детям носить фамилию отца. С этим в то время тоже были проблемы. И большие.
Отец Радищева, узнав о вопиющем нарушении общежитейских и православных норм, не пустил на порог ни сына, ни внуков. Павел Александрович Радищев, сын писателя, вспоминает: «Он (Александр Николаевич) привез к [матери] своих детей от Елизаветы Васильевны. Она приняла их очень благосклонно. Но не так рассудил Николай Афонасьевич. „Или ты татарин?", – вскричал он, когда возвратившийся из ссылки сын объявил ему о трех новых детях, привезенных из Сибири. – „Или ты татарин, что женился на свояченице?.. Женись ты там на крестьянской девке, я бы ее принял как дочь". Все семейство, кроме Феклы Степановны [матери], пристало к мнению старика. Впоследствии, узнав, что по смерти его сына император Александр Павлович велел поместить двух малолетних дочерей его [А. Н. Радищева] в Смольный монастырь, а шестилетнего сына во 2-й Кадетский корпус, с фамилиею Радищевых, – этот несговорчивый дед хотел ехать в Петербург, просить государя снять с них эту фамилию, и с трудом дети могли удержать его уверением, что поездка его будет напрасна». Это хорошо еще, что в то время император у нас бы либеральный и с пониманием относился к проблемам подданных. А то ходить бы младшим Радищевым с горьким прозвищем «выблядки».
Надо сказать, что в 18-19 веке кровное родство не было пустым словом. Члены императорских фамилий женились на двоюродных и совершали прочие безумства в этом роде (что, к слову, породу отнюдь не улучшало), простым же смертным сей путь был заказан. Подобные браки (равно как и союзы между дядей и племянницей, 2 сестрами и 2 братьями и пр. считались кровосмешением). Брак Григории Орлова и Екатерины Зиновьевой (они были двоюродными) едва не был расторгнут Синодом. Только после вмешательства Екатерины II их оставили в покое. Но не всем так повезло. Фаворитов у императрицы было не слишком много. Как же выкручивались в таких случаях простые смертные? Находились те, кто пренебрегал и христианскими законами, и мнением окружающих.
Ф.Ф.Вигель пишет: «По соседству с удалившейся от света Улыбышевой жили в чудесном согласии два брата Хрущовы, из которых у каждого было по тысяче душ крестьян. Старший, Петр Петрович, был красив и виден собою; другой же, Александр Петрович, хотя и гораздо моложе его, наружностью похвастать не мог. Старший чрезвычайно понравился еще нестарой матери, меньшего полюбила семнадцатилетняя дочь. Как быть в этом случае? В столь близком родстве два брака могли быть дозволены только всемогущему Наполеону среди не совсем еще христианской Франции. Обязанностями религии Улыбышева пожертвовала обязанностям матери: дозволила дочери своей вступить в законный брак с меньшим Хрущевым; а сама всю жизнь осталась в незаконной связи с старшим.»
Ну, или вот Янькова вспоминает: «У князя Юрия Владимировича был старший брат, который женился на графине Бутурлиной, а несколько времени спустя на другой, младшей ее сестре женился сам Юрий Владимирович: первый брак считался законным, а второй не признавали, хотели развести. Но молодые не согласились и остались жить вместе.»
Вероятно, в то время требовалась определенная смелость, чтобы вот таким образом защищать свои чувства.
P.P.S. А вообще-то я собиралась лишь выложить отрывок из записок Тучкова…
P.P.P.S. В тексте, касающемся Рубановской, использованы: «Беседы о русской культуре» Ю.М.Лотмана, «Как любопытный скиф» О.Чайковской, «Путешествие из Петербурга в Сибирь. Е.Р. Дашкова и А.Н. Радищев» О. Елисеевой, комментарии Д.С.Бабкина к 3 тому «ПСС» Радищева. Не в смысле, что я у них куски передирала, а смысле уточнения источников, дат и событий.
«После столь труднаго похода, прибыль я в дом отца моего и, отдохнув несколько дней в моеим семействе, вздумал посетить собрание наше любителей словесности. Но приехав в дом, где собирались мои сочлены, нашел оный пусть, и дворник объявить мне, что он не знает почему, однако давно уже, как запрещено от полиции этим господам собираться.
Во Франции началась уже тогда революция, и дух вольности начал проникать в Россию, а потому не только все иллюминатския, мартинистския и масонския собрания, но даже и собрание любителей словесности были строго запрещены, потому что некоторые члены первых находились членами и в последних, чего никак не можно было избежать.
Некто г. Радищев, член общества нашего, написал одно небольшое сочинение под названием: „Беседа о том, что есть сын отечества, или истинный патриот", и хотел поместить в нашем журнале. Члены хотя одобрили оное, но не надеялись, чтоб цензура пропустила сочинение, писанное с такою вольностью духа. Г. Радищев взял на себя отвезти все издание того месяца к цензору и успел в том, что сочинение его вместе с другими было позволено для напечатания. В то же время издал он и напечатал без цензуры в собственной типографии небольшую книгу его сочинения под названием: „Езда из Петербурга в Москву", в которой с великою вольностью, в сильных выражениях писал он противу деспотизма. Книга сия написана была прозою, но заключала в себе оду на вольность, сочиненную им стихами. Оная начиналась сими словами:
О вольность! Вольность дар безценный!
Позволь, чтоб раб тебя воспел...
и далее:
Да Брут и Телль еще проснутся,
Сидя во славе, да смутятся
От гласа твоего цари.
Полиция скоро открыла сочинителя оной. Он был взять и отвезен в тайную канцелярию, которая в царствование Екатерины II самыми жестокими пытками действовала во всей силе. Никто Шешковский, человек облеченный в генеральское достоинство, самый хладнокровный мучитель, был начальником оной. Радищев, выдержав там многие пристрастные допросы, сослан был, наконец, в Сибирь.
Императрица велела подать себе все списки членов, как тайных, так и вольных ученых собраний, в том числе представлен был список и нашего собрания. По разным видам и обстоятельствам, большая часть членов лишены были своих должностей, и велено было выехать им из Петербурга. Я не могу умолчать о том, что она, читая список собрания нашего и найдя в нем мое имя, сказала: „на что трогать этого молодого человека, он и так уже на галерах".
Вот так шутила императрица.
Кстати, никто не заметил нестыковок? Вот наглядный пример того, что к таким источникам, как мемуары и записки надо относиться с определенной осторожностью. Известно, что Тучков прибыл в Петербург в конце 1789 года, а Радищева «повязали» 30 июня 1790. Но, по словам автора записок, между первым и вторым событием прошло всего лишь несколько дней. Кроме того, указ о запрещении тайных обществ вышел и вовсе в 1782 году. Неправильно написано название книги. Все-таки не "Езда", а "Путешествие". Неверна цитата. На самом деле стихи звучат так:
Да Брут и Телль еще проснутся,
Седяй во власти да смятутся {*}
От гласа твоего цари.
Седяй во власти... - пусть будут охвачены смятением сидящие на троне. Радищев писал очень архаичным языком.
P.S. как честный человек… Наверное, это будет моей постоянной присказкой. Ну, не могу я не привести источник целиком, даже, если я не согласна с тем, что пишет автор. Но свои комментарии дать могу. Насчет пыток. Известно, что Екатерина II такой практики не одобряла. Официально при ней допрос с пристрастием запрещен не был (Это сделал только ее внук, Александр I), но случался редко. Начальник тайной экспедиции, Степан Иванович Шешковский, прекрасно умел убеждать и без применения силы.
В письме от 15 марта 1774 года Екатерина писала: «При распросах какая нужда сечь? Двенадцать лет Тайная экспедиция под моими глазами ни одного человека при допросах не секла ничем, а всякое дело начисто разобрано было и всегда более выходило, нежели мы желали знать».
Понятно, что царица могла и слукавить, но в отношении Радищева точно известно, что ни кнут, ни плеть, ни какой-то другой инструмент палача его не коснулись. Его своячница, смолянка Елизавета Васильевна Рубановская, подкупила Шешковского, поэтому никаких «жестоких» пыток не было и в помине, хотя, ясное дело, автору «Путешествия из Петербурга в Москву» в крепости пришлось несладко. Надо сказать, что дама эта была отважной. Собрав все драгоценности, имеющиеся в доме, она переправилась через бушующую Неву на лодке. «Звезду пленительного счастья» видели? Так вот, картина была очень похожая, разве что в нашем случае льдин не было, ибо дело происходило летом.
Мало кто знает о продолжении этой истории. Елизавета Васильевна, влюбленная в Радищева…Кстати, я ее понимаю. Он был весьма хорош собой, хоть и не молод уже.
Портрет кисти неизвестного художника. Единственное прижизненное изображение Радищева.
Так вот, Рубановская вместе с младшими детьми свояка отправилась вслед за ним в Сибирь. Начальник (вспомним, что кроме всего прочего Радищев был управляющим Петербургской таможни.) и покровитель сочинителя, А.Р.Воронцов, помог ссыльному деньгами и вещами. К тому же, он отправил письма властям населенных пунктов, лежащих на пути в Илимск. И.А. Пиль, иркутский генерал-губернатор, встретил ссыльного как дорогого гостя и какое-то время привечал его, пока не был полностью готов дом в Илимске. Так что если кто думает, что наш герой шел по этапу пешком и в кандалах, тот глубоко ошибается. (Ну ладно, какое-то время кандалы все-таки присутствовали. Но лишь до Новгорода. Там его догнал курьер с приказом императрицы снять оковы.) В общем, не имей сто рублей, а имей одного друга, но влиятельного.
В Илимске Александр Николаевич и Елизавета Васильевна стали открыто жить как муж и жена, у них родились дети. До сих пор неясно, был ли официально заключен этот брак, противоречащий всем канонам православия. Возможно, какой-нибудь поп и обвенчал их, польстившись на мзду или не будучи в курсе событий. Из Сибири Рубановская не вернулась, она умерла в Тобольске. Радищев же с детьми перебрался в Европейскую часть России при императоре Павле. Если теперь вы думаете, что после этого все стало замечательно, то, опять же, ошибаетесь. Александру Николаевичу было разрешено жить исключительно в селе Немцове Калужской губернии, да и то под надзором полиции. При этом ему не были возвращены ни чины, ни дворянство (!!!). Для людей XXI века принадлежность ко 2 сословию ничего не значит. Но в 18 столетии все было иначе. Недворянин не мог владеть ни землей, ни крестьянами. Собственно, Радищева оставили без средств к существованию. Ему пришлось вводить во владение имением своих старших детей. То есть, Павел, конечно, показал, что всегда будет делать обратное тому, что вершила его мать, но, тем не менее, отнюдь не был ни либеральным, ни справедливым, ни прощающим правителем. Только Александр I восстановил Радищева во всех правах и, кстати, дал возможность младшим детям носить фамилию отца. С этим в то время тоже были проблемы. И большие.
Отец Радищева, узнав о вопиющем нарушении общежитейских и православных норм, не пустил на порог ни сына, ни внуков. Павел Александрович Радищев, сын писателя, вспоминает: «Он (Александр Николаевич) привез к [матери] своих детей от Елизаветы Васильевны. Она приняла их очень благосклонно. Но не так рассудил Николай Афонасьевич. „Или ты татарин?", – вскричал он, когда возвратившийся из ссылки сын объявил ему о трех новых детях, привезенных из Сибири. – „Или ты татарин, что женился на свояченице?.. Женись ты там на крестьянской девке, я бы ее принял как дочь". Все семейство, кроме Феклы Степановны [матери], пристало к мнению старика. Впоследствии, узнав, что по смерти его сына император Александр Павлович велел поместить двух малолетних дочерей его [А. Н. Радищева] в Смольный монастырь, а шестилетнего сына во 2-й Кадетский корпус, с фамилиею Радищевых, – этот несговорчивый дед хотел ехать в Петербург, просить государя снять с них эту фамилию, и с трудом дети могли удержать его уверением, что поездка его будет напрасна». Это хорошо еще, что в то время император у нас бы либеральный и с пониманием относился к проблемам подданных. А то ходить бы младшим Радищевым с горьким прозвищем «выблядки».
Надо сказать, что в 18-19 веке кровное родство не было пустым словом. Члены императорских фамилий женились на двоюродных и совершали прочие безумства в этом роде (что, к слову, породу отнюдь не улучшало), простым же смертным сей путь был заказан. Подобные браки (равно как и союзы между дядей и племянницей, 2 сестрами и 2 братьями и пр. считались кровосмешением). Брак Григории Орлова и Екатерины Зиновьевой (они были двоюродными) едва не был расторгнут Синодом. Только после вмешательства Екатерины II их оставили в покое. Но не всем так повезло. Фаворитов у императрицы было не слишком много. Как же выкручивались в таких случаях простые смертные? Находились те, кто пренебрегал и христианскими законами, и мнением окружающих.
Ф.Ф.Вигель пишет: «По соседству с удалившейся от света Улыбышевой жили в чудесном согласии два брата Хрущовы, из которых у каждого было по тысяче душ крестьян. Старший, Петр Петрович, был красив и виден собою; другой же, Александр Петрович, хотя и гораздо моложе его, наружностью похвастать не мог. Старший чрезвычайно понравился еще нестарой матери, меньшего полюбила семнадцатилетняя дочь. Как быть в этом случае? В столь близком родстве два брака могли быть дозволены только всемогущему Наполеону среди не совсем еще христианской Франции. Обязанностями религии Улыбышева пожертвовала обязанностям матери: дозволила дочери своей вступить в законный брак с меньшим Хрущевым; а сама всю жизнь осталась в незаконной связи с старшим.»
Ну, или вот Янькова вспоминает: «У князя Юрия Владимировича был старший брат, который женился на графине Бутурлиной, а несколько времени спустя на другой, младшей ее сестре женился сам Юрий Владимирович: первый брак считался законным, а второй не признавали, хотели развести. Но молодые не согласились и остались жить вместе.»
Вероятно, в то время требовалась определенная смелость, чтобы вот таким образом защищать свои чувства.
P.P.S. А вообще-то я собиралась лишь выложить отрывок из записок Тучкова…
P.P.P.S. В тексте, касающемся Рубановской, использованы: «Беседы о русской культуре» Ю.М.Лотмана, «Как любопытный скиф» О.Чайковской, «Путешествие из Петербурга в Сибирь. Е.Р. Дашкова и А.Н. Радищев» О. Елисеевой, комментарии Д.С.Бабкина к 3 тому «ПСС» Радищева. Не в смысле, что я у них куски передирала, а смысле уточнения источников, дат и событий.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2008-03-03 05:22 am (UTC)no subject
Date: 2008-03-03 07:40 pm (UTC)no subject
Date: 2008-03-03 08:17 pm (UTC)no subject
Date: 2008-03-03 08:55 pm (UTC)no subject
Date: 2008-03-03 09:03 pm (UTC)no subject
Date: 2008-03-03 09:59 pm (UTC)no subject
Date: 2008-03-03 06:30 am (UTC)no subject
Date: 2008-03-03 06:58 am (UTC)no subject
Date: 2008-03-03 07:42 pm (UTC)no subject
Date: 2008-03-03 06:59 am (UTC)no subject
Date: 2008-03-03 07:51 pm (UTC)no subject
Date: 2008-03-03 08:54 pm (UTC)о "моих крестьянах" - к 1930-1950 годам довольно много было таких явлений.
явных перекрестных браков в +3 поколении обнаружить впрочем мне не удалось, был разок, помнится, на двоюродных...
Терский берег, Мурманская область
no subject
Date: 2008-03-03 09:47 pm (UTC)no subject
Date: 2008-03-03 07:29 am (UTC)А про Радищева очень интересно: никогда не задумывалась над тем, КАК он отправлялся в Сибирь...
no subject
Date: 2008-03-03 07:54 pm (UTC)no subject
Date: 2008-03-04 07:16 am (UTC)Хотя в православных традициях, как и в католических и во многих других, также нельзя жениться на кумовьях и свояках...
вырождение-таки рано или поздно настигнет
Date: 2008-03-03 07:55 pm (UTC)http://sciencenow.sciencemag.org/cgi/content/full/2008/207/2
no subject
Date: 2008-03-03 02:29 pm (UTC)как, впрочем, и всегда!:):):))
no subject
Date: 2008-03-03 07:57 pm (UTC)no subject
Date: 2008-03-03 08:12 pm (UTC)no subject
Date: 2008-03-04 07:42 pm (UTC)no subject
Date: 2008-03-04 08:23 pm (UTC)Лично меня в этой истории больше всего поразило поведение императора Павла: вернуть-то он Радищева из ссылки вернул. Но оставил без средств к существованию. Как это понимать?
Данилову я листала и была несколько удивлена. Конечно, на фоне Арсеньевой и Третьяковой (не обижайся, пожалуйста) ее книги выглядят прилично. Но вот те слова Радищева-сына, что приведены у меня в посте, она цитирует иначе. "вскричал он, когда возвратившийся из ссылки ЗНАМЕНИТЫЙ сын объявил ему о трех новых детях, привезенных из Сибири." Я использовала цитату, приведенную у Д.С.Бабкина, д-ра фил. наук, сотрудника ИРЛИ АН СССР. Там слова "знаменитый" нет. И лично мне сомнительно, что сын Радищева его использует. Не его стиль.
Так что теперь пребываю я в глубоком раздумье.
no subject
Date: 2008-03-05 06:41 pm (UTC)С этим эпизодом из воспоминаний Павла все отнюдь не так просто - как убедительно показывает А.Г. Татаринцев в статье о генеалогических сведениях о Радищевых в 12-м сборнике "XVIII век" (см. в библиотеке сайта Пушкинского Дома), между дети Радищева от разных матерей были значительные разногласия по причине имущественных прав. Так что "законному" Павлу было очень выгодно лишний раз ткнуть "незаконного" Афонасия (или это в одной из последних заметок его "Архивных разысканий"? Лежу в больнице - наверняка сказать не могу).
Ссылаться на Елисееву очень вам не советую: см. тут: http://community.livejournal.com/18century_ru/184919.html
no subject
Date: 2008-03-05 07:56 pm (UTC)К Елисеевой у меня отношение сложное. С одной стороны, мне нравится, как она пишет с точки зрения языка и пр. С другой, я ее ловила на неточностях не один раз.
"Действовал еще салон Дарьи Львовой, супруги архитектора и музыканта Николая Львова, куда входили также многие знакомцы Радищева." Но ведь жену Львова, в девичестве Дьякову, звали Мария Алексеевна. Дарья - ее сестра, супруга Державина. Но вот, к примеру, Лотман ухитрился и вовсе назвать Рубановскую Екатериной Александровной, а в одной из передач мемуары Лабзиной упорно именовал мемуарами Лопухиной. Так что же теперь, и Лотмана не цитировать? Я сделала такой вывод: Елисееву я читаю, но с оглядкой. И проверяю все по 10 раз.
no subject
Date: 2008-03-05 08:01 pm (UTC)no subject
Date: 2008-03-05 08:23 pm (UTC)Что до ссылаться-не ссылаться, то есть прост ошибки, которые все мы делаем, и которых нет в редкой работе, а есть работы откровенно мистификаторские, где ошибки - не от незнания или забывания, а от намеренного искажения фактов. Статья Елисеевой о Радищеве - из последних; там нет ни слова правды, а что есть, то можно найти у других, значительно более заслуживающих доверия авторов.
no subject
Date: 2008-03-05 08:31 pm (UTC)Имейте в виду: на улице жутко холодно.
no subject
Date: 2008-07-07 07:44 pm (UTC)Просто забыл о таком пустяке - не царское дело.
no subject
Date: 2008-07-07 07:59 pm (UTC)На всякий случай: с чувством юмора у меня плохо. Так что, шутить в моем ЖЖ не стоит. Я не так пойму.
Павел ничего не забыл,
no subject
Date: 2008-07-07 08:09 pm (UTC)Я просто о том, что император мог не вникать в детали, которые для его подданного имели значение жизни и смерти.
no subject
Date: 2008-07-07 08:18 pm (UTC)no subject
Date: 2008-07-07 08:22 pm (UTC)no subject
Date: 2008-07-07 08:37 pm (UTC)no subject
Date: 2008-07-09 06:10 pm (UTC)no subject
Date: 2008-07-07 08:45 pm (UTC)Надеюсь, вот этот отрывок переубедит Вас "21 декабря 1800 г. Радищев подал прошение Павлу I, в котором просил о помиловании, напоминая о том, что срок десятилетнего наказания, данный ему в 1790 г., уже истек. Однако такого помилования Павел I ему не дал." Это один из комментариев к ПСС Радищева. Автор его Д.С.Бабкин
(БАБКИН Дмитрий Семенович (7(20).IX.1900, д. Лысово Сарапул. у. Вятск. губ. — 1989, Ленинград) — филолог. Ок. Моск. Высший лит.-худ. ин-т им. В. Я. Брюсова (1925) и филол. ф-т ЛГУ (1928). Д-р филол. наук (1967). С 1938 по 1966 работал в ИРЛИ АН СССР, был зав. Лит. музеем Ин-та. Основной круг интересов Б. — рус. лит-ра XVII в. (по преимуществу — творчество В. В. Капниста и А. Н. Радищева).)
no subject
Date: 2008-07-06 02:36 pm (UTC)no subject
Date: 2008-07-07 07:04 pm (UTC)no subject
Date: 2008-07-07 07:40 pm (UTC)